Это рассказ-откровение, который попал в наше издательство обычной почтой в белом пластиковом конверте с желтой полосой. Конверт принесла бабушка-курьер и настойчиво требовала "поставить галочку на бумажке". Было жарко, лето было жарким и душным, Москва была в дыму, горели торфянники. В нашем издательстве был сезон отпусков и вся почта сваливалась на столы отсутствующих сотрудников и накапливалась там, потому что было жарко, жарко и душно. И задымленно.
Бабушке была нужна не только галочка, ей нужен был мой мозг и она внедряла туда важность конверта. "Вы сейчас же посмотрите и напечатайте, так и не тяните. Печатайте, а то не печатаете и вот вам оккупация НАТО!" - надоедливо и c наивным юмором бубнила она. Я машинально отвечал ей, что конечно посмотрим, напечатаем, а сейчас жутко заняты и "давайте же я Вас провожу, а то вы наверно не найдете выход еще". Коридоры в нашем старом здании были темные, окон не было, а лампочки перегорали.
Наверно из-за необычно инициативного курьера я и вскрыл конверт, и положил стопку красивой блестящей прозрачной бумаги на свой стол. Бумага была хрустящая и отдаленно напоминала бумагу на которой печатаются деньги, она так же хрустела и отливала всякими цветами. На бумаге был текст, рассказ о нашем же с вами мире, новые сведения о котором может обрушить наши с вами привычные представления о действительности. Налив кофе, я начал читать.
Сейчас, спустя 8 месяцев, я набираю слова с ксерокопии того самого необычного рассказа. В издательстве я уже не работаю, да и в Москве не живу. Случайно, уже под утро следующего дня, такого же жаркого и душного как и предыдущий, я откопировал весь тот текст для нашего архива. Вот эта копия и осталась у меня. Уходя домой поспать, в архиве я никого не застал, 9 часов это раннее утро для Москвы. А к себе я так и не попал в тот день и ночевал у подруги на Октябрьском поле. Так и сохранилась эта копия, несмотря ни на какие последующие события.